Роман Илющенко - Один день из жизни «витязя»


By Moderator - Posted on 11 Февраль 2013

-22.jpg

Центру специального назначения (ЦСН) ВВ МВД России «Витязь» — 35 лет. На боевом счету его бойцов и офицеров десятки известных и не очень операций, в числе которых освобождение заложников в с. Первомайском (1996 г.), театральном центре на Дубровке (2003 г.), Беслане (2004 г.).

Среди «витязей» десять Героев России, семерым из которых — рядовому Н.Ю.Ситникову, прапорщику О.В.Терешкину, майору С.А.Басурманову, сержанту С.А.Бурнаеву, капитану И.Ю.Шелохвостову, капитану Д.А.Серкову, сержанту А.С.Ситникову — это высокое звание присвоено посмертно. И сегодня солдаты и офицеры ЦСН «Витязь» принимают самое непосредственное и активное участие в уничтожении бандформирований на Северном Кавказе.

«Россия — священная наша держава, Россия — любимая наша страна…» — заиграл будильник на мобильнике. На табло высветилось 5:15 — пора вставать. Михаил, стараясь не разбудить жену, осторожно выбрался из-под одеяла и быстро начал одеваться. Заворочался в своей кроватке полуторагодовалый Петюшка — самый младший из четырёх сыновей, и отец, наклонившись, поцеловал спящего малыша: голубоглазый блондин, вылитый папа. Жаль, что уделить сыну времени он не может столько, сколько хочется, — вчера был выходной, но его трижды вызывали на службу.

Когда они с Татьяной— своей одноклассницей — решили пожениться, то Миша на полном серьёзе заявил: «У нас будет пятеро мальчишек», а Таня тогда просто улыбнулась: «Ну и чудной он, этот курсантик». Ну и кто был прав? — подумал про себя «курсантик», ныне командир группы Центра специального назначения ВВ МВД России «Витязь» подполковник Кузьмин.

Приняв душ, Михаил прошёл на кухню, поставил на плиту чайник. Пока закипала вода, офицер, обратившись к домашнему иконостасу, перекрестился, быстро и сосредоточенно прочёл краткое утреннее правило: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа….», завершив молитвой за свою группу, прочтя вписанные женой в помянник имена своих подчинённых. Это она сделала по его просьбе перед убытием в командировку на Кавказ. К вере Михаил пришёл без потрясений и напрягов, спокойно и вполне осознанно. Ещё курсантом Саратовского военного командного института ВВ во время увольнений он любил заходить в городские храмы, величественные и красивые: постоять на службе, поставить свечи Михаилу Архангелу и Николе Чудотворцу, а если удастся, то и поговорить со священниками. Среди них было немало людей эрудированных, знающих жизнь, способных дать хороший совет. Один из них ему особенно запомнился: «Делай, что положено, и будь, что будет». Михаил никогда не сомневался в бытии Божием, в Его помощи, которую он постоянно чувствовал на себе и товарищах в командировках.

6:27. Вот он и в подразделении. До выезда на стрельбище ещё полчаса. Приняв доклад от ответственного офицера, он провёл блиц-совещание с командирами взводов. Как настрой людей? Нет ли больных? Провели вчера занятия с молодёжью, проинструктировали о мерах безопасности? Не забыли приготовить новые, «ай-пи-сишные» мишени? Подали заявку на обед? Аккумуляторы на радиостанцию взяли или как в прошлый раз — в нарушение наставления по мобильнику связь держать?

6:50. Бойцы получают оружие, снаряжение. Сегодня стреляет много молодёжи и «специалистов»: водителей, связистов, гранатомётчиков. Сорок автоматов и боеприпасов — это на два часа хорошего боя. Ехать минут сорок. Можно спокойно подумать, благо есть над чем…

Вчера ему позвонили из Главкомата. Разговор получился предметный: «Чего-то ты, Кузьмин, засиделся в придворной дивизии. Про ротацию что-нибудь слышал? То-то и оно. Ну и что, что после академии послужил в Саратове? Ну и что, что у тебя четверо детей и средний только что пошёл в первый класс? Ты что, забыл, что ты офицер и давал присягу? Значит, так: есть интересное предложение — поехать послужить в Н-ск, на должность зам- командира отряда. Согласен? Два дня тебе на раздумье».

Что такое два дня, когда он буквально сутками пропадает на службе да на полигоне, а жена с детьми — дома. Да и дом-то не свой, а казённый — полученная с горем пополам квартира-маломерка в общаге. А до своей, заслуженной квартиры рукой подать — первым в очереди стоит…

Военная служба была его призванием. Были времена, когда люди пачками увольнялись из войск. Коснулась эта проблема и «витязей». Тогда, когда офицеры спецназа получали меньше, чем водитель трамвая, а жить приходилось, скитаясь с грудными детьми по съёмным квартирам, а то и в казарме, жена заколебалась в правильном выборе мужем профессии и взмолилась: «Миша, давай и ты уволишься. Тебе уже тридцать, а ты всё как молодой козлик скачешь по горам. Может быть, хватит? Неужели не найдёшь себя на гражданке? У тебя же столько друзей реализовали себя! Ты, в конце концов, прекрасный спортсмен, рукопашник. Чемпион дивизии». Он тогда спокойно посмотрел на неё, вздохнул и сказал: «Танюш, ну я же присягу давал. А ты знала, что выходила замуж за военного».

Она это помнила, но порядком устала от такой жизни. «У меня, — выговаривала мужу Татьяна, — такое ощущение, что даже детей ты растишь лишь для армии…»

Казалось, нет такой жертвы, которую Михаил не готов был принести ради любимого дела — службы. Кошки скребли на душе, когда он уезжал на три месяца, на полгода в командировки, оставлял беременную жену один на один с кучей проблем. Он за всю свою службу ни разу не брал больничных, отказался от госпитализации и реабилитационных мероприятий после ранения в свою первую командировку. А когда родился второй сын Глеб и у него появилось законное основание не ездить в горячие точки, он не поддался на уговоры жены и не воспользовался этим преимуществом — мотался «на юга» наравне со всеми.

Если честно, плюнул бы он и на очередь с квартирой, и на перспективу дослужить тихонько до пенсии в ставшем родным отряде. Ведь он и правда офицер русского спецназа, а для спецназа нет не только невыполнимых приказов, но и непринятых предложений. Всё так, но…

— Переводиться в начале учебного года, да ещё в Н-ск, туда, где в школах русский язык изучают только два часа в неделю, отдавая остальное время изучению местного наречия; да ещё неизвестно, как и где жить: а вдруг опять по съёмным хатам-квартирам, да ещё у хозяев, плохо говорящих по-русски? И самое главное — жильё. Здесь мы стоим первые, а когда нам дадут квартиру там? — аргументы Татьяны были неотразимы. Нет, она никогда не опускалась до закатывания ему истерик и скандалов, она просто знала больное место тридцатипятилетнего офицера, главы большого семейства, отца четырёх детей… Из раздумий, какой же ему дать завтра ответ, его вывели замаячившие впереди ворота учебного центра.

8.10. Команда: «К машинам!» Построились. «Ну, что, витязи, каким всегда должно быть настроение у спецназовца? Правильно, бодрым!» Распределив людей на этапы, нацепив повязку «Руководитель стрельб», Михаил определил себе место в тире, где отрабатываются упражнения для стрельбы на ближних и малых дистанциях. Это и наиболее сложный с точки зрения безопасности участок.

Сегодня они работают по новой методике «ай-пи-си». Название вроде англозвучное, а её авторы — наши, русские. Мишени устанавливаются, как пистолетные, на расстоянии 20—25 метров. Вместо привычных концентрических кругов, наложенных на бледно-зелёный силуэт человека, на контуры фигуры наносятся два неравномерных прямоугольника в районе головы и грудной клетки, имитирующие жизненно-важные органы, попадание в которые обеспечивает летальный исход. На это упражнение нет ни определённого лимита боеприпасов, ни «очков-баллов», оно коллективное. В реальном, длящемся порой несколько секунд боестолкновении «засветившийся» противник должен быть уничтожен упреждающим огнём, который ведётся наиболее эффективным способом. Задача командиров и инструкторов — довести эти навыки до автоматизма.

Зачем? За примерами ходить далеко не надо. В мае прошлого года работали они в одном квадрате в Серго-Калинском районе Дагестана. Местность там своеобразная — покрытые редколесьем горные отроги: видимость ограничена. Группа растянулась метров на двести. Он, как и положено, в середине. И тут его головной дозор столкнулся нос к носу с бандой — те только через отрог перевалили, не успели ещё сориентироваться, отдышаться, да и солнце им било прямо в глаза. И шедший в голове дозора «Зоркий» — позывной командира взвода — не подкачал. Трёх «духов» на месте его ребята уложили, четвёртого чуть позже достали, раненого. Вот что значит тренировка!

15:30. Возвращение на базу. Продрогли, но не зря. Отработали парни хорошо. В смысле — эффективно. Дело совсем не в том, кто и сколько очей выбил. Больше было тактики, манёвров, чем самой стрельбы. Главное — сработанность, слаженность, автоматизм. Если они есть, значит, дело пойдёт, значит, будет толк.

По прибытии в часть — обед, чистка оружия, совещание, постановка задач, работа с документами. Много вопросов накапливается за день, которые приходится решать и за себя, и за того парня. Ну и если всё нормально, часам к восьми — домой.

20:45. Опять светит луна. Опять хрустит под ногой ледок. Лёгкий морозец, и дышится легко. Ну, слава Богу, сегодня более-менее вовремя освободился. Михаил достал из кармана куртки телефон, набрал номер жены: «Танюша, уже иду. Есть хочу, как стадо крокодилов. Да нет, не обедал, не получилось».

Дома подполковника Кузьмина ждали. Татьяна, чмокнув в щёку, скрылась на кухне. А сыновья тут же облепили отца. Старший, Вадим, пытался показать отцу новый приёмчик, разученный в спортивной секции. Его младший брат Глеб — ученик музыкальной школы — в это же время растягивал мехи аккордеона, пытаясь извлечь из инструмента любимую папину песню: «От героев былых времён…», а Арсений предлагал отцу партию-реванш в шашки. Но всех опередил младшенький Петюня — он сразу залез к отцу на руки и, обхватив за шею, заявил: «Папа — мой».

Так, мирно, почти идиллично, в кругу семьи завершился день офицера русского спецназа. День ничем, пожалуй, и не примечательный, полный трудов, забот, хлопот, переживаний. А про злосчастное предложение с Н-ском так они с женой толком и не переговорили: прилёг Михаил на диван ночные новости посмотреть — и как отключился.

И приснился ему сон, что получили они наконец-то просторную четырёхкомнатную квартиру, что родился у него пятый сын и что дети все уже выросли, ходят в одну школу. И он сам, как давно собирался, пришёл к ним в класс в форме, с орденом Мужества на груди, провёл там урок мужества.

…А в 5:30 подполковник Кузьмин был вновь разбужен гимном Родины, которая вновь властно звала его на службу.

«Делай, что положено, и будь, что будет».

Роман Алексеевич ИЛЮЩЕНКО
Фото из семейного архива Кузьминых


Помощь «Русскому Дому»

 

Дорогие братья и сестры!

Благодаря вашей поддержке «Русский Дом» продолжает выходить в то время, когда православные издания закрываются по всей России одно за другим. Увы, кризис не миновал никого. Мы нуждаемся в вашей помощи. Если у вас есть возможность внести лепту в издание журнала «Русский Дом», то проще всего это сделать, переведя деньги

на карточку Сбербанка № 4279 3800 1383 2391

Также у нас есть расчётный счёт:

Организация «Русский Дом», ИНН 7702365862, КПП 770201001, Московский банк Сбербанка России ОАО г. Москва, р/с 40703810538260101068, к/с 30101810400000000225, БИК 044525225

Кроме того, пожертвования можно направлять и через интернет:

Рублёвый кошелёк в системе Webmoney: R207426332207

Долларовый кошелёк в системе Webmoney: Z406090803927

Евро-кошелёк в системе Webmoney: E196200153466

Кошелёк в системе «Яндекс.Деньги»: 41001994189694

Тел./ факс: (495) 621-3502, 621-4618 (по подписке), 621-4353.

С любовью о Христе, с верой и надеждой в Россию,

Редакция «РД»

Поиск

Наши новости

RSS-материал